Литературный Журнал

Watch Законы умирают, книги - никогда. Эдвард Джордж БУЛВЕР-ЛИТТОН

Главная Статьи Новости

Московское литературное барокко

XVII столетие! в русской культуре принято называть переходным периодом. Здесь причудливо переплелись концы старого и начала нового, заканчивалась одна эпоха и начиналась другая, принесшая кардинальную перестройку культуры. На смену средневековью приходило новое время. Если в Европе эта культурная граница проходит через Возрождение, то в России, не знавшей Ренессанса, водораздел между крупными эпохами культуры приходится не на петровские катаклизмы, как принято считать, а начинается гораздо раньше и пролегает через весь XVII век, захватывая отчасти и век XVIII. При всей пестроте, многообразии культурного развития переходного периода явственно проступает ведущая тенденция к интеграции русской культуры в культуру западноевропейскую. Это время вбирает в себя проблематику, связанную с функционированием на русской почве первого общеевропейского явления культуры — барокко.

Подробнее...
 

Спасите свои души

Помолясь, обратимся ко второму драматическому положению. Это — спасающий, спасение.

Оно, как и мольба, зависит от религиозных представлений человека, хотя в большей степени связано с инстинктом самосохранения, свойственным всему живому. "Дело помощи утопающим — дело рук самих утопающих", — гласил лозунг в клубе "Картонажник", где Остап Бендер развивал плодотворную дебютную идею. И смысл этой сентенции вполне серьезен, несмотря на юмористическое ее обрамление.

"Моряк как моряк, прилагал все усилия, чтобы остаться в живых", — высказался известный капитан Кук об Александре Селькирке, чья история, считается, легла в основу "Приключений Робинзона Крузо" Дефо, классической книги о спасении — или самоспасении, если угодно.

Подробнее...
 

Еще раз о Маяковском

Статью, написанную учителем для учителя, начинаешь читать с особым интересом. Ценность таких статей — в чисто конкретных вещах, которые сразу берутся учителем "на карандаш". Это может быть интересный ход урока, удачное задание, вопрос, необычный ракурс рассмотрения произведения — все то, что я называю словом "зацепка". Иная такая "зацепка" стоит многих книг по методике. Учитель, особенно начинающий, терпеливо собирает их, ибо именно на них будет базироваться здание его собственного опыта. Приятно, если статья подарит твоей копилке хотя бы одну "зацепку". Обидно, если она обманет тебя, если, заманив броским названием и анонсом, окажется своеобразным пустоцветом. От сознания же того, что автор такого пустоцвета — твой коллега, обидно вдвойне.

Подробнее...
 

«Мысль семейная» в древнерусской культуре: «Домострой»

XVI век в древнерусской культуре и истории отмечен углублением процесса централизации государства. Концепция "Москва — третий Рим", зародившаяся на рубеже XIV—XV вв., стала определяющей в идеологии русского государства. "Московия" считала себя единственной продолжательницей традиций правой веры. Слияние понятий о могуществе государственной власти, единодержавии и православии как основах национального единства не могли не отразиться в русской словесности. XVI век — это время, когда создаются наиболее крупные кодексы, регламентирующие все сферы жизни человека. История осмысляется уже не только как погодные записи летописца, а как систематическое изложение периодов княжений и царствований ("Степенная книга царского родословия"), идет стремительный процесс упорядочения в области права (Судебники, Уложения), Стоглавый собор выпускает сборник официальных церковных законов ("Стоглав"), русская земля собирает сведения о всех своих праведниках, и под руководством митрополита Макария проводится большая работа по канонизации, сопровождающаяся написанием огромного собрания житий русских святых ("Великие Четьи Минеи"). Средневековая мораль, христианская этика, взгляды на жизнь, быт, семью отражены в "Домострое".

Подробнее...
 

Свет и тьма в лирике Пушкина

Свет и тьма. Эти понятия в лирике Пушкина чрезвычайно подвижны, изменчивы, наполняются с^ гадами все более глубоким содержанием, то существуя на полярных полюсах, то даже соприкасаясь, а то и взаимопроникая.

В юношеской лирике, озаренной возвышенными, лучезарными идеями и чувствами, свет связан с ощущением молодости, ощущением счастья дружбы, спаянной общими переживаниями, надеждами. Лицеисты были охвачены высоким, героическим стремлением передового дворянства защитить  Отечество. Лицеисты "в сень наук с досадой возвращались, завидуя тому, кто умирать шел мимо... '. "Вотще лишь гневом дух пылал", — писал с досадой Пушкин в 1815 году, так как не смог стать защитником Москвы.

Подробнее...
 

Серебро и чернь

Маяковский в серебряном веке - особняком! Никакого "серебра" в палитре, разве что дензнаки. Да один раз — портсигар, символ превосходства человеческого дела над необработанной природой. Слова "чернь" Маяковский . не любит. Любит "пролетариат", "крестьянство", "смычку". Цветопись скупа, как ни странно для живописца: в основном красный (знамена), реже синий (небосвод, океан). Без полутонов.

С другими великими поэтами серебряного века Маяковского объединяет только век: время, когда мир распадается, и его можно удержать страшной ценой, равной самому миру.

Экспозиция трагедии — зияние на месте центра. "Я дедом — казак, другим — сичевик, а по рожденью — грузин".

Подробнее...
 

Хитроумные слуги

Когда-то, рассказывает Булгаков, архиепископ парижский препятствовал погребению Мольера на церковном кладбище: комедианты не могут покоиться на   освященной земле.

Но никакой архиепископ не мог запретить, например, называть именем святоши Тартюфа всякого ханжу и лицемера. Более того! Один из персонажей пьесы Чехова "Иванов", врач Львов говорит главному герою: "Не теперь, так через год, через два, вы, чудный Тартюф, успели бы вскружить голову девочке и завладеть ее приданым так же, как и теперь"... Чехов будто пригласил Мольера в соавторы, и нам, читателям, понятно: содружество удалось.

Подробнее...
 

Перевод

Для качала — две цитаты, две ситуации, к одной из которых невозможно отнестись без привычной почтительности, а вторая вызовет улыбку.

Старый Гете говорит Эккерману о переводе "Фауста" на французский:

— По-немецки, — сказал он,—я уже "Фауста" читать не в состоянии, но во французском переложении все это опять звучит для меня по-новому, свежо и остроумно".

И — второе. Прозаик Юрий Рьгтхэу вспоминал, как в своем детстве, на Чукотке, начинал узнавать Пушкина с традиционно хрестоматийных строк — о лукоморье, о златой •цепи "на дубе том" и об ученом коте, сказывающем сказки... Вернее, с такого перевода на чукотский:

Подробнее...
 

«Слепой музыкант» и слепой критик

Статья критика А.Г. Горнфельда (1867-1941) была написана как возражение на статью М.А. Щербины по поводу "Слепого музыканта". М.А. Щербина являлся доцентом Московского университета. Он ослеп в двухлетнем возрасте и совершенно не сохранил зрительных воспоминаний. В 1916 году он приезжал в Полтаву и читал там лекцию о Слепом музыканте", затем изданную отдельной статьей. Суть возражений Щербины заключалась в том, что слепорожденный, не знавший света человек, не может переживать и лишения света. Таким образом, Короленко в "Слепом музыканте' погрешил против истины. Статья Горнфельда интересна тем, что, возражая Щербине, он дает любопытную трактовку "Слепого музыканта", которая, надо полагать, будет небесполезна для учителя. Печатается в сокращении.

Подробнее...
 

Смерть, жизнь, здоровье

В одном из сценариев Е. Габриловича старый профессор беседуьт со своей внучкой. "Дед, ты очень старый?" — спрашивает девочка. "Очень. Я боюсь смерти." — "А что такое смерть?" — "Видишь ли, дорогая, все человечество ищет ответ на этот вопрос. Одни говорят, что смерти нет, поэтому не надо ее бояться, другие — что смерть есть, но бояться ее не надо. Я же толком ничего не знаю, но боюсь!"

И в самом деле, смерть — вещь загадочная. В сознании человека все, что имеет начало конечно, а что не имеет начала — бесконечно. Своего рождения мы не помним, и мысль о конечности нашей жизни не укладывается в сознании. Поэтому русская народная загадка спрашивает: "На что глядят, а не видят? (Рост.) Про что ведают, а не знают? (Смерть.)" "На смерть, как на солнце, во все глаза не взглянешь", — говорит русская пословица. Впрочем, древнегреческий философ Эпиктет утешался таким парадоксом: "Смерти нет, — учил он. — Когда я есть, ее еще нет, когда она есть, меня уже нет".

Подробнее...
 
Страница 1 из 4